Глаза девушки потемнели. Упрямо тряхнув головой, она проговорила:

— Я отвечу вам вопросом на вопрос, хотя это и неучтиво. Почему вы сами участвуете в сражениях, сидя на нехолощеном жеребце? Ведь мерин не менее вынослив, но более послушен! К тому же он не станет пронзительно ржать ни с того ни с сего, оповещая неприятеля о вашем присутствии. Почему же вы так поступаете?

— Проклятая гордыня, упрямство и безрассудство, свойственное Плантагенетам! — усмехнулся Эдуард.

— По-видимому, и я в избытке наделена этими блестящими качествами, — сказала Розанна, обезоруживающе улыбнувшись.

Король окинул ее стройную фигуру восхищенным взглядом и, не отводя глаз от ее зардевшегося лица, с мольбой произнес:

— Тогда прошу тебя лишь об одном, дорогая: будь осторожна! Береги себя! Надеюсь, ты примешь участие в наших охотах? Приезжай в любое время, когда пожелаешь. Мы пробудем там до конца месяца, а затем в замке поселится Рэвенспер.

Распрощавшись с дочерью, король ускакал в сопровождении своей свиты. Розанне показалось, что после его отъезда солнечные лучи потускнели и все вокруг подернулось мрачной, туманной пеленой. Тяжело вздохнув, она прислонилась к деревянной загородке, за которой стоял Зевс.

— Не подходите так близко к нему, леди Кастэлмейн! Он так опасен! — послышался нежный юношеский голос. Подняв глаза, Розанна увидела перед собой молодого сэра Брайана Фитцхью.

— Спасибо, сэр Брайан, — прошептала она, слабо улыбнувшись, и позволила ему встать между собой и загородкой стойла. Минувший вечер и нынешнее утро были полны столь волнующих событий, что Розанна начисто позабыла о существовании статного рыцаря. Теперь же, остро ощущая его присутствие подле себя, она пожалела о том, что не надела более изысканный наряд, не убрала волосы под сетку с вуалью. Грудь ее трепетала от волнения, слова снова не шли с языка, но она принудила себя посмотреть в открытое, честное лицо сэра Брайана и заговорить с ним. Иначе он, чего доброго, решит, что сестра его друга Джеффри — слабоумная!