– Ходят слухи, что дело идет к разводу.

– Бедная Кейла.

– Ты лицемеришь, Джесс. Не ожидал от тебя. Ее щеки опять запылали.

– Что бы ты ни думал, я не пожелала бы такой участи ни одной женщине. Не могу поверить, что Дамон бросил жену.

– Возможно, он, наконец, понял, от чего отказался. – В голосе Гейба прозвучал вызов. – Что ты теперь собираешься делать?

– Почему ты спрашиваешь? – удивилась Джесс.

– Завтра мы поженимся, и всю оставшуюся жизнь я хочу прожить с тобой. Но если ты намереваешься гоняться за Дамоном, то будет лучше, если ты скажешь мне об этом сейчас.

Джесс прерывисто вздохнула.

– Как я могу принять такое решение за одну секунду?

– Так же, как ты приняла решение вступить в брак со мной и на мои деньги отправиться в Лос-Анджелес.

– Не смей бросать мне в лицо такие слова! Я должна была уехать.

– Так ты выйдешь за меня замуж или нет?

По правде, говоря, у Джесс просто не было выбора, но на всякий случай она спросила:

– Сколько стоит выкупить «Рендалл стейшн»?

Сам Гейб никогда не интересовался их фамильным ранчо. Это она попросила его вмешаться и восстановить право выкупа. Но ранчо, которое прежде принадлежало ее родителям, теперь было его собственностью. Как и сама Джесс…

– Таких денег у тебя нет. – Он фыркнул. – И у Дамона их нет. И не будет.

С этим не поспоришь. И еще она должна Гейбу круглую сумму за год, проведенный в Лос-Анджелесе – год, в котором она так отчаянно нуждалась, чтобы повзрослеть.

И она повзрослела. Она дала обещание своему умиравшему отцу и сдержит слово. Потомки рода Рендаллов всегда будут жить на фамильной земле.

– Я выйду за тебя замуж.

– И подпишешь добрачный договор.

Она поняла, что он имеет в виду.