Ривен крепко привязал ее руки к излучине седла. Обращался с ней жестоко и бесчеловечно. Ей казалось, что она не выдержит и умрет, и в ярости готова была вонзить кинжал в своего похитителя. Но кинжала не было, и девушка обругала своего мучителя.

— Могла бы выражаться не так грубо, — одернул ее Ривен, пытаясь сдвинуть с места приличных размеров камень, лежавший у основания холма.

— Неужели? В таком случае, ты тоже мог бы обращаться помягче с той, что помогла тебе спастись.

— Извини, дорогая, но, не используй я тебя, чтобы выбраться оттуда, я был бы уже мертв.

— Весьма сожалею, что оказалась неподалеку. Ривен раздвинул густой кустарник.

— Черт побери, что ты делаешь?

— Готовлю для нас укрытие.

— Значит, нам не придется больше скакать галопом в безлунную ночь? У меня уже нет сил.

— Да ты просто ядовитая маленькая штучка. — Он посмотрел на четвертинку диска луны высоко в небе, потом перевел взгляд на Тэсс: — Кроме того, ночь вовсе не безлунная. Вполне достаточно света; чтобы рассмотреть, что я делаю.

— Ну да, конечно, — она подняла глаза к небу, — это все луна. Это она так сияет, что ее свет слепит глаза.

Ей действительно было трудно разглядеть, что он делал, — мешал круп лошади. Слышно было только, как шелестит папоротник и постукивают друг о друга камни. Она пыталась заставить лошадь хоть немного отступить, но глупое животное не двигалось с места. «Лошадь так же плохо воспитана, как и ее хозяин», — сердито подумала Тэсс.

— Ну что ж, тогда подойди ближе, — пробормотал Ривен, отвязав Тэсс от лошади и слегка ослабив веревки на запястьях.

— Куда?

Все выглядело так, будто Ривен тащил ее и свою упрямую лошадь прямо к скалистой стене в основании холма. Но, присмотревшись к обманчивой игре света и теней, Тэсс поняла, что стена вовсе не плоская, как казалось на первый взгляд. Ривен перестал ее подталкивать, и она разглядела в стене проем.