– Думаю, именно его предполагаемое богатство прельщает женщин, – сказала она вслух, фыркнув от отвращения. – Судя по вашим рассказам, их привлекает вовсе не его магнетическая внешность.

Этот разговор Расса и Алексы посеял семя сомнения в голове Джастина, и это семя в доли секунды пустило ростки. Губы его изогнулись в кривой ухмылке, и он критически осмотрел дочь.

– Может, болтающаяся перед носом морковка заставит Родона сменить мнение?

Расс и Алекса одновременно нахмурились.

– Морковка? – недоверчиво повторил Расс, подумав, не слишком ли долго старик пробыл на солнце. – Что, черт возьми, ты несешь?

Джастин взял дожидавшееся его жаркое и жестом указал на Алексу.

– Может, нам надо отправить Алексу убедить Родона провести нас до долины реки Осейдж?

Карие глаза Расса потемнели.

– Мы не пошлем Лекс обольщать Родона, – холодно отрезал он. – Использование морковки в качестве обольщения хорошо проходит с ослами и дураками. Родон ни тот ни другой. Я много чего в нем не одобряю, – язвительно добавил Расс, – но он точно не идиот и не тупица. И если мы отправим Лекс прямо ему в лапы, то сомневаюсь, что это приведет к чему-то, кроме…

У Алексы от изумления отвисла челюсть, и она только глаза переводила от отца к брату и обратно. Хоть Джастин был ей и не кровная родня, она никогда не думала, что он сможет использовать ее как наживку. Он любил ее так же, как и собственного сына, разве нет? Она двадцать один год называла его папой и любила как родного. Как же он мог предложить такое?

– Все, что он может сделать, – это сказать «нет», – продолжал настаивать Джастин, прежде чем зачерпнуть полную ложку дымящегося жаркого.

Это бесчувственное отношение отца к Алексе разозлило Расса, который нежно любил младшую сводную сестру и всегда заступался за нее. Он вовсе не собирался позволять отцу использовать девушку в качестве приманки для такой хитрой змеи, как Кин Родон.