Лорел отсалютовала Эмме бокалом.

— Кое-что никогда не меняется.

— А кое-что меняется, — тихо сказала Паркер. Отступать некуда. Пора сделать первый шаг. — Поэтому я и пригласила вас сегодня.

Рука Эммы замерла над сыром.

— Что-то случилось?

— Нет. Но я хотела поговорить с вами со всеми. Одновременно. — Паркер налила вина Мак и Эмме и решительно сказала: — Давайте присядем.

— Ой-ой, — пробормотала Мак.

— Не ой-ой, — возразила Паркер. — Прежде всего я хочу сказать, что очень сильно вас люблю и буду любить всегда. Мы так много пережили вместе и хорошего, и плохого. А когда все стало хуже некуда, вы были рядом и поддерживали меня.

— Мы всегда помогаем друг другу. — Эмма наклонилась вперед и накрыла ладонью ладонь Паркер. — Для этого и нужны друзья.

— Да. Вы должны знать, как много значите для меня, и хочу сразу прояснить: если вы — по любой причине — не захотите попробовать то, что я собираюсь предложить, это ничего между нами не изменит. — Паркер подняла руку, предупреждая возможные возражения. — Я начну по-своему. Эмма, ты хочешь завести собственный цветочный бизнес, верно?

— Моя давняя мечта. То есть я счастлива и сейчас, хозяйка дает мне полную свободу, но я надеюсь когда-нибудь купить собственный магазин. Однако…

— Пока никаких «однако». Мак, ты слишком талантлива, чтобы изо дня в день щелкать фото на паспорта и ублажать родителей милыми фотографиями их детишек.

— Мой талант безграничен, — беспечно откликнулась Мак, — но девушка не может жить без еды.

— Ты бы хотела иметь собственную фотостудию?

— Я бы хотела, чтобы Джастин Тимберлейк подрался из-за меня с Эштоном Катчером… шансы примерно одинаковы.

— Лорел, ты училась в Нью-Йорке и Париже, чтобы стать шеф-кондитером.