Паркер вернулась в спальню, оставив двери распахнутыми, достала из серебряной шкатулки на комоде круглую резинку, затянула волосы в хвост и прошла в свою безупречную гардеробную. Она сменила ночную сорочку на короткие брючки для йоги и спортивный топ, надела кроссовки.

В спортивном костюме, с пристегнутым к поясу «BlackBerry» и с подключенным наушником Паркер отправилась в домашний спортзал. Там она зажгла свет, включила новостной телеканал и, слушая вполуха, приступила к упражнениям на растяжку. После разминки она установила трехмильную программу на эллиптическом тренажере, и только в середине первой мили улыбка осветила ее лицо.

«Господи, как же я люблю свою работу, — подумала Паркер. — Люблю чокнутых невест, чувствительных невест, привередливых невест, даже невест-чудовищ. Обожаю их требования, надежды и мечты, и постоянное подтверждение любви и преданности, которые помогаю воплощать в жизнь. И никто не делает это лучше «Брачных обетов».

То, на что мы с Мак, Эммой и Лорел решились одним августовским вечером пять лет назад, превзошло все наши ожидания. И теперь мы планируем свадьбу Мак в декабре, свадьбу Эммы в мае, свадьбу Лорел в июне.

Мои подруги — невесты, и как чудесно планировать для них все те детали, которые и создают неповторимое чудо главного дня совместной жизни.

Мак и Картер — традиционная свадьба, отражающая их творческие натуры. Эмма и Джек — романтика, романтика и еще раз романтика. Лорел и Дел (Боже, мой брат женится на моей лучшей подруге!) — элегантность и современность.

О, у меня полно идей».

Когда вошла Лорел, Паркер заканчивала вторую милю.

— Китайские фонарики. Мили и мили гирлянд из крошечных белых китайских фонариков по всему саду, в ивах, на беседках, на перголе.

Лорел замигала, зевнула, поправила забранные наверх белокурые волосы.