— Ну а как насчет Сквиззи? — спросила она наконец.

— А как бы вы сами закрепили шлем на змее? — мягко отозвался Кейн.

Мальчик хихикнул:

— Может, скотчем?

— А что, это мысль!

Кейн наконец отнял руку от спины Шелли. Ноздри его расширились: он ощущал нежный запах ее кожи. Он пристально глядел на Шелли. Ему хотелось снова и снова ощущать легкий шелк ее волос, попробовать вкус ее губ…

Кейн смотрел на Шелли, и ему было любопытно, испытывает ли она те же желания, что и он сам.

И вскоре понял: да, испытывает.

У Шелли при взгляде на Кейна слегка, едва заметно дрожали губы. И зрачки ее глаз расширялись, как часто бывает при эротическом возбуждении.

В это мгновение он едва смог удержаться от того, чтобы не повалить Шелли прямо на пол, раствориться в ней, забыться в ее объятиях до тех пор, пока от долгих лет одиночества и жажды любовной ласки не останутся лишь бледные, увядшие воспоминания.

— …нести Сквиззи? — услышал он откуда-то издалека голос Билли.

Кейн попытался собраться с мыслями. Но это ему не удавалось. Он был не в состоянии думать ни о чем, кроме как о мгновении, когда он сможет обнять Шелли и их тела сольются воедино.

— Может, в наволочку? — натянутым голосом произнесла Шелли.

И тут же она закрыла глаза, не в силах более выносить близость Кейна, предельно интимную ласку его взгляда. Она заставила себя глубоко вздохнуть, пытаясь успокоить всколыхнувшуюся в ней бурю чувств, возбудивших все ее тело.

Она никогда еще не ощущала мужчину так — чувствуя каждый его вдох и выдох, теплоту дыхания, мягкость и блеск густых волос, чувственность губ, наполовину спрятанных под рыжеватыми усами… Ни у кого из мужчин она не видела такого красивого рта — сильные и вместе с тем чуть пухлые губы, жадные, страстные, зовущие…

Но прежде всего жадные.