Тук-тук-тук.

Кто-то легок на помине! Джесс разогнулся в два приема и не спеша поднялся с кресла на случай, если бы кому-то вздумалось за ним понаблюдать. В его положении главное — не суетиться.

— Мистер Голт? — промямлил кто-то из-за двери. — Можно с вами поговорить, мистер Голт?

Застегивая на поясе ремень с кобурой, до этого переброшенный через столбик кровати, Джесс ответил своим патентованным леденящим душу шепотом:

— Не заперто.

Стук повторился.

— Мистер Голт?

Да, грозный шепот, конечно, хорошо, но у каждого патентованного средства свои недостатки. Прочистив горло кашлем, Джесс рявкнул:

— Открыто!

Ручка повернулась, и дверь приотворилась на дюйм. На два дюйма, три, четыре. Джессу надоело ждать, он рванул дверь на себя, и в комнату ввалился, едва не рухнув на пороге, кривоногий рыжеволосый субъект, от которого несло, как от околевшего бизона.

— Не стреляйте, я безоружен! — прокричал он, вскинув обе руки.

Телосложением он напоминал местную тягловую лошадку — низкорослый и коренастый, — но костюма не менял, наверное, последние года полтора-два. Не слишком многообещающая наружность, но Джесс давно уже усвоил, что счастливый случай может появиться в самом неожиданном обличье.

— Назовите ваше имя, — зловеще прошипел он, привычным жестом положив пальцы на рукоять одного из «кольтов».

— Мэлоун. Мэлоун по прозвищу Креветка. — Он и вправду походил на креветку — такой маленький, кругленький, с оранжевой головкой. Но еще больше ему бы подошло прозвище Мокрая Курица Мэлоун. Его белесые ресницы беспрерывно моргали, тонкие губы вздрагивали.

— Я вас ждал, мистер Мэлоун, — заявил Джесс. — Закройте дверь.

Багровая физиономия Креветки приобрела оттенок оконной замазки, отчего рыжая щетина и следы грязи проступили на ней еще заметнее.

— Вы же не станете убивать меня прямо здесь?