Леони нахмурилась.

- Ах! Ты моя сестра, и не имеет значения, кем была твоя мать. Сейчас она так же мертва, как и наш отец, но ты и я живы, здесь и вместе!

Пытливо вглядываясь в ласковое лицо Иветты, Леони искренне заговорила:

- Иветта! Я знаю, что он никогда не признает тебя, но ты не должна его бояться. Да, он груб и часто кричит, но на это не стоит обращать внимания. Пока ты суетишься перед ним или стараешься превратиться в невидимку, слившись со стенами, он будет безжалостно цепляться к тебе.

Неожиданно выразительное лицо Леони приняло озорное выражение:

- Назови его разок дедушкой и посмотри, как побагровеет его лицо! Обещаю тебе, что в следующий раз он крепко подумает, прежде чем начнет кричать на тебя.

Иветта улыбнулась нежной, мягкой улыбкой и примирительно пожала плечами.

- Я ведь не ты, Леони. Я так не могу.

- Подумаешь, - недовольно проворчала Леони, но затем радостно согласилась сопровождать свою сводную сестру в курятник.

Они составляли отличную пару - Леони с львиной копной рыжевато-каштановых кудрей и Иветта, чьи блестящие черные волосы на маленькой головке туго перехватывал простой шнурок. Их рост был примерно одинаков, обе были стройны и хорошо сложены. Но в то время, как Леони нельзя было назвать красивой в традиционном смысле этого слова, смуглая, черноглазая Иветта была исключительно мила. В ней действительно все было совершенно: от строго очерченного рта до покладистого характера.

Сравнивая девушек, можно было вполне ошибиться, кто из них истинная хозяйка дома. Хотя голубое муслиновое платье Иветты было столь же старым и вылинявшим, как и платье Леони, но его украшала вышивка, а черные туфли блестели так, как будто их начистили сегодня утром. Леони со своими взлохмаченными кудрями, босыми ногами и слишком коротким платьем вполне можно было принять за дочь какого-нибудь фермера из лесной глуши, что, впрочем, ее ничуть не огорчало. Она всегда помнила о своем происхождении!..