«Лунную сонату» просили исполнить так часто, что многим пианистам надоедало играть ее. Но Ли не надоедало. Она любила глубину и драматичность сонаты и всегда представляла и переживала то, что, должно быть, представлял и переживал великий Бетховен, сочиняя это произведение.

Она была так увлечена музыкой, что поначалу не заметила испытующего взгляда пары темных глаз. Лишь закончив играть, она подняла голову и увидела, что он задумчиво рассматривает ее. Она попыталась понять, откуда он тут взялся. Интересно, сколько он просидел, наблюдая за ее игрой? Он был раздражен, в этом она не сомневалась.

Что ж, после того как она ворвалась к нему с группой туристок, а потом резко захлопнула дверь, у него были причины для раздражения. Ее поведение с уверенностью можно было назвать возмутительным…

– Добрый вечер, мисс Картер, – произнес он, прерывая ее раздумья. Его голос прозвучал зловеще. – Думаю, нам с вами надо завершить одно дело.

Ли Картер наклонила голову, искоса взглянула на Питера Уэбстера и неуверенно улыбнулась.

– Не стреляйте, – робко сказала она. – Я всего лишь пианистка.

Глава 2

Питер Уэбстер усмехнулся, его темные глаза блестели.

– Я не собираюсь в вас стрелять, – заверил он. – Я просто хотел поговорить с вами. Как вы думаете, почему я так быстро спустился? Тогда, я имею в виду дома. Я хотел выяснить, кто вы. В конце концов, вы познакомились со мной довольно близко. – Он улыбнулся. – Но вы скрылись быстрее, чем Золушка с бала.

Ли подавила улыбку.

– Простите, – несмело заговорила она. – Я не хотела так убегать, но я опаздывала на работу. Я собиралась, то есть я всегда собираюсь…

Ли не успела договорить, как к ним подошел Эл Мерфи.

– Добрый вечер, сэр, – обратился он к Питеру. – Не хотите ли присесть за столик? Оттуда вам будет удобнее наслаждаться игрой мисс Картер.

Ли неохотно встала.