Дариус Андреас перевел взгляд с поверенного отца на его дочь, высокую, красивую блондинку с серо-голубыми глазами, совсем не похожую на своего невысокого полного родителя. Они сидели на черном диване, а братья Андреас расположились в трех креслах, стоящих напротив. На руках Уитни Росс держала маленького мальчика, которому на вид было всего несколько месяцев. И если бы по его черным волосам и темным глазам они не догадались, что в его жилах течет кровь Андреасов, то в завещании Стефана все было сказано предельно четко.

— Уверяю вас, я не шучу, — покачал головой Герард. — Этот малыш — младший сын вашего отца и ваш брат. — Он взял со стола завещание и начал читать: — «Две трети «Андреас Холдинг» должны быть разделены между моими четырьмя сыновьями: Дариусом, Кейдом, Ником и Джино».

Джино.

Ребенок. Их младший брат всего лишь ребенок!

Дариус попытался взять себя в руки, но его разум словно заледенел. Он сидел, застывший и безмолвный, пытаясь смириться с тем, что не мог изменить. Ник и Кейд тоже явно были шокированы.

В конце концов возобладало деловое чутье Дариуса, которому он привык доверять, и он выдохнул:

— Нужно сделать тест ДНК.

Герард сцепил руки на животе и внимательно посмотрел на Дариуса:

— Возможно, ваш отец и не успел жениться на Мисси Харингтон, но в свидетельстве о рождении Джино стоит его имя, и если бы его мать не погибла вместе со Стефаном, сейчас она могла бы оспаривать ваши права на компанию.

— Я все равно требую, чтобы тест ДНК был проведен.

— Я понимаю, что вы удивлены…

— Удивлены? Может быть, правильнее сказать — шокированы? Сначала наш отец вызывает нас к себе в больницу, куда попадает после несчастного случая, и сообщает, что отдает треть семейной компании какому-то постороннему человеку. Потом он начинает нести какую-то чушь о том, что мы не понимаем, что такое семья, и если не сможем объединиться, то вскоре лишимся всего, что имеем. Потом он умирает. А теперь вы говорите, что, помимо всего этого, у нас есть еще один брат?