При виде этого зрелища ковбой уже откровенно хмыкнул, и все его тяжелые мысли улетучились, как пелена тумана с восходом солнца. Повинуясь внезапному озорному порыву, он сорвал с головы шляпу, шлепнул ею лошадь по крупу, издал веселый крик и помчался вниз по склону к дороге.

Жизнь на ранчо “Три холма” протекала неторопливо. Жилось здесь просто, предсказуемо, без напряжения. Работникам, трудившимся на ранчо, такая жизнь нравилась. Когда поблизости находился управляющий, они создавали видимость активности, большего от них никто и не требовал. А ведь за жилье, еду и тридцать долларов в месяц с них могли бы содрать три шкуры.

Работа здесь, как и в других местах, была монотонная, скучная, почему и относились к ней спустя рукава. Десятки – раз были рассказаны и выслушаны истории о старой Чизхолмской тропе

Игроки удостоили приближающийся автомобиль лишь несколькими мимолетными взглядами да парочкой крепких выражений. Прогулки мисс Анны в своей новой игрушке уже стали привычным явлением и теперь даже не вызывали насмешек. Джесс Ларч сделал новую ставку, Рибс Маккой спасовал, а Шеп Джонсон чертыхнулся, получив из колоды карту трефовой масти. Ладер Эйкен, наблюдавший за игрой через плечо Шепа, лениво почесал ногу и отправился за новой порцией кофе. Никто из них даже и не подумал хотя бы сделать вид, что занят чем-то полезным. Ведь молодая хозяйка понятия не имела, что они, собственно, должны делать, а если бы даже и имела, то не стала бы останавливаться, чтобы приказать им работать, а не бездельничать.

Вслед за мисс Анной из-за поворота появилась крупная рыжая лошадь, которая стремительно неслась вниз по склону холма.