– Вы утверждаете, что он вернулся?

– Да.

– Как он обнаружился? Она провела рукой по лицу:

– Я вам объясню. Но не сегодня, ладно? Мне просто хотелось возобновить наши отношения, посмотреть, тот ли вы Бурма, которого я знала в свое время, друг Морено. Узнать, согласитесь ли вы мне помочь. Вы мне поможете?

– Сделаю все, что смогу.

– Спасибо. Она встала:

– ...Устала. Сегодня больше ни слова об этом. Приходите завтра ко мне домой. Я предоставлю вам все необходимые для вашего расследования факты. К одиннадцати часам. Улица Постящихся. "Ткани Берглеви", включая семейные апартаменты, конторы, склады, магазины, занимают шесть этажей. Вы не сможете ошибиться. Видно за километр.

– Буду, – сказал я.

Она направилась к смежной двери, медленно передвигая располневшие ноги. Я проводил ее до лестничной площадки.

– До завтра, – сказала она. – Очень рада была вас снова повидать. И простите мне, что я больше не Алиса.

Ничего не говоря, я сжал ей руку и закрыл за нею дверь. Я посмотрел на Элен, печатавшую на машинке и всем своим видом создающую впечатление, будто агентство "Фиат Люкс" завалено работой. Солнечный луч играл в ее шатеновых волосах. Не всегда он будет так играть. Во всяком случае, не все время в тех же самых волосах. Стареть скверно. Самое скверное из скверных занятий. Я спустился в табачный киоск, чтобы поднять настроение в ущерб собственному здоровью.

После обеда я немного приободрился и отправился в Национальную библиотеку полистать подшивку газеты "Либертер" за июнь 1937 года. Мне не пришлось искать долго. Это была статья, которую я так хорошо помнил, словно впервые прочел ее только накануне, потому что в ней говорилось о двух людях, которых я знал. Но память могла меня и подвести, и я хотел ее освежить. В статье описывалось, при каких обстоятельствах были расстреляны франкистами попавшие в плен на фронте Икс... трое товарищей-бойцов из Колонны Дурути. Речь шла о Луи Бареле, Пьере Лагоге и Дени Северене, ответственном за группу подрывников.