- Она догонит нас или вернется в замок. Временами ей хочется побыть в одиночестве.

Мы не беспокоились за нее, как беспокоилась бы на нашем месте мама.

Я не ошиблась. Она действительно вернулась в замок. Она заявила, что потеряла нас, но решила не отказываться от прогулки. Окрестности она знала хорошо, а разбойников не боялась, считая, что сумеет на своей лошади ускакать от них.

- Ты же знаешь, что мама не любит, когда мы ездим в одиночку.

- Дорогая моя Анжел, - ответила она, - мы взрослеем. И чем дальше, тем больше мы будем делать то, чего не любит наша матушка.

Я видела, что она вновь отдаляется от меня, что невидимая нить, связывавшая нас, напряглась до предела. Она становилась чужой, у нее появились от меня секреты. "Однажды, - подумала я, - что-то рухнет, и мы станем всего лишь обычными сестрами".

На следующий день, опять собираясь на конную прогулку, я по ошибке взяла ее юбку для верховой езды и заметила, что к ней прицепились обрывки папоротника, а подол измазан глиной.

"Должно быть, она упала", - подумала я.

Берсаба подошла и уставилась на юбку.

- Слушай, - воскликнула я, - что произошло? Ты упала с лошади?

- Чепуха! - ответила она, забирая у меня юбку. - Конечно, нет.

- Но, сестренка, эта юбка испачкана землей. Это же ясно видно.

Она немного подумала, а потом сказала:

- А, я поняла. Это было вчера во время прогулки. Я нашла чудный пруд, спешилась и немного посидела на берегу.

- Тебе не следовало делать этого.., одной. Вдруг что-нибудь.., какой-нибудь мужчина... Сестра рассмеялась и отвернулась.

- В один прекрасный момент мы станем взрослыми, Анжелет, - сказала она, чистя щеткой юбку. - Вот и все, - и она повесила юбку в шкаф. - А с чего ты вдруг решила проверять мои вещи?

- Я ничего не проверяла. Я подумала, что это моя...

- Ну, теперь ты убедилась в том, что она не твоя.

Берсаба вышла, а я осталась стоять, не зная, что и думать.