Но Александра все еще не сводила с него глаз и, казалось, не слышала его слов.

– Хотя дело не только в вашей внешности, – продолжала она. – Вы изменились в чем-то другом, да, Джеймс? Вы снова почувствовали в Канаде вкус к жизни? Удалось вам отделаться от прошлого? Если так, я прощаю вас за то, что вы уехали.

– Прошло четыре года, Алекс, – спокойно заметил Джеймс. – За это время много воды утекло. Да, там у меня началась новая жизнь. Я доволен.

– Ах, – вздохнула она, – значит, я должна смириться с тем, что в конце лета снова потеряю вас. Вы вернетесь туда. У вас там кто-нибудь есть? Я хочу сказать – женщина?

– Я жил во внутренних областях страны, где вообще нет белых женщин – только туземки. Многие очень красивы, и там принято брать их в жены. Но они принадлежат к другой культуре, Алекс. Если мужчина уезжает, он должен оставить женщину с детьми там. Было бы жестоко брать их с собой в мир, которого они не знают. Я бы не хотел подвергать себя таким испытаниям.

– А-а, – сказала сестра.

– Хотя есть одна милая шотландская девушка, – продолжал Джеймс. – Из Монреаля. Джин Кэмерон. Ее отец – один из владельцев нашей компании; сейчас он в Лондоне. Она приехала сюда вместе с братом на «Адеоне». Я обещал сводить ее кое-куда поразвлечься, пока сезон не кончился.

– Она и есть особая леди? – весело улыбнулась Александра. – Она мне понравится?

– На оба вопроса я отвечу утвердительно, – сказал Джеймс. – Но это не означает, что вы должны строить планы касательно моей свадьбы, Алекс. Она еще дитя. Очень милое дитя.

– Очень милое дитя, – подхватила Александра и, подняв его руку, легко провела ею по своей щеке. – Мне не терпится посмотреть, какое лицо будет у Мэдлин, когда она увидит вас, Джеймс.