— Что правда, то правда, — поспешила ввернуть Корина Лонгли. — Взять хоть мою Анну. Вышла замуж за врача, и пожалуйста: трое детей и никакой помощи. Даже ест на ходу. Не представляю, как она вообще справляется. Я бы так не смогла. Правда, она пошла в отца, а он был удивительно практичным человеком. Лайла ведь не такая, верно? Вообще-то жаль… Билл Уоринг мне всегда нравился.

— Глупости все это, — повторила леди Драйден. — Еще чаю, Корина?

— Да, пожалуйста. А он все еще в Америке?

— Кажется, да.

— А как… Я хочу сказать, как он это воспринял?

Леди Драйден поставила чайник.

— Дорогая моя, ты говоришь так, будто Лайла его бросила. Уверяю тебя, это совершенно не так. Их отношения кончились сами собой.

Миссис Лонгли взяла из ее рук чашку.

— Нет-нет, без сахара, — воскликнула она, надеясь, что ей это зачтется, и, чуть приободрившись, спросила: — Так уж и сами собой?

Леди Драйден кивнула.

— Несколько месяцев разлуки — незаменимое средство в подобных случаях. Дети так быстро все забывают!

Миссис Лонгли усилием воли поборола искушение напомнить подруге, что детям исполнилось двадцать два и двадцать восемь лет соответственно, и тут же была вознаграждена за свою сдержанность.

— Не стану скрывать, впрочем, — продолжила леди Драйден, — что я приложила к этому руку. Глава фирмы, где служит этот Уоринг, мой старый друг, и когда он упомянул, что намерен послать кого-то в Америку разбираться с патентами, я рекомендовала ему Билла. Кажется, он хотел послать кого-то другого, но какая теперь разница? В конце концов поехал Билл, и скоро все кончилось само собой.