— Татуировка сделает вас свежее и моложе, — старалась моя искусительница, — у нас лучшие мастера в городе, новейшая аппаратура. Все стерильно. И как раз сегодня работает Егор, наша звезда. И у него «окно».

И вот, попавшись на довольно бесхитростный коммерческий трюк, я оказалась в кабинете татуировщика Егора, который больше смахивал не на служителя культа красоты, а на осужденного за групповое изнасилование с элементами садизма. Был он высок, мрачен, а телосложением напоминал шкаф, в котором я храню шубы и пальто. Его руки от кистей до плеч украшали татуировки тюремного фасона — обнаженные русалки, витиеватые надписи и купола церквей. Увидев такое чудо, исподлобья на меня смотрящее и тихим голосом изрекшее: «Заходите!», я попятилась и нервно сглотнула.

Но поздно — Егор уже надел белоснежный халат (который сделал его похожим на повара-убийцу).

— Что будем делать? Пупок прокалываем?

— Н-нет, — тоненько пискнула я, — я вот тут спонтанно решила татушку сделать… Но это еще не точно.

— А чего тут сомневаться? — хмыкнул он. — У меня как раз сегодня вдохновение. Могу предложить великолепные варианты.

Стараясь не смотреть на синие татуированные купола, я промямлила:

— Мне бы что-нибудь попроще… Цветочек какой-нибудь… Или веточку сакуры. Или даже ангелочка. Да, идея с ангелочком мне импонирует больше всего. Можно сделать его, например, на попе. Тогда его почти никто не увидит, а я буду знать, что он есть.

Вот тогда это чудище в белом халате, странно хохотнув и молвило:

— А вы уверены, что действительно желаете украсить свою ягодицу ангелочком? Это для совсем молоденьких девчонок. Я бы предложил что-нибудь поспокойнее, ведь вам уже за тридцать!

Из салона я убегала так быстро, как будто бы за мной гналось целое стадо вооруженных окровавленными топорами серийных убийц.