А иногда, когда ночь пропитывалась стонами спящих узников, он мечтал об Имоджен в длинном белом платье, вспоминал, как она цеплялась за него, как рыдала в его объятиях и как – благодаря ему – она снова улыбалась. Он задавал себе кучу вопросов: помнит ли Имоджен его? Доживет ли он до новой встречи с ней? И если доживет, не отвернется ли она от него? Но в самых смелых, самых диких своих мечтах он и на мгновенье не представлял, что оставил ее беременной.
А если она забеременела от него, то где ребенок?
Имоджен проснулась около восьми. Мозг, освеженный сном, не желал вспоминать кошмары и страхи предыдущего вечера. Ну и пусть Джо Донелли снова оказался так близко, что можно дотронуться до него. Конечно, она была потрясена. А какая женщина осталась бы равнодушной? И все же надо постараться больше не сталкиваться с ним.
В местной газете сообщалось о распродаже в маленьком городке в двух часах езды от Роузмонта. Прекрасная возможность избежать случайных встреч.
Вернулась Имоджен в пятом часу и направилась прямо в «Укромную Долину». Мать сама открыла дверь и вместо приветствия выдавила после стольких лет разлуки:
– О, это ты, Имоджен.
М-да, такой прохладный прием явно не располагал к поцелуям...
– Да, мама. Как поживаешь?
– Ну, я... удивлена. Когда Молли сказала мне о твоем приезде, я просто не знала, что и подумать.
Имоджен подавила вздох. А чего она ждала? Что ярчайшая звезда высшего общества Роузмонта изменилась и встретит блудную дочь с распростертыми объятиями? С другой стороны, Сьюзен Палмер явно подрастеряла свою знаменитую самоуверенность. Она немного робеет и... неужели нервничает?
– Разве удивительно, что, оказавшись в городе, я захотела тебя увидеть? – ласково спросила Имоджен.