Виола поставила на землю маленькую Дженни Браунинг и смотрела, как та резво побежала к матери. Снова подняв корзину с бельем, она машинально пыталась уравновесить ее, как делала тысячи раз за последние шесть месяцев. Правда, сегодня Виола несла чистое белье миссис Смит одна, а не с Мэгги. Мэгги попросила оставить ее одну, чтобы проститься со своим ухажером из Колорадо. Обычно по дороге Виола с удовольствием останавливалась посплетничать с кем-нибудь, но сегодня у нее нет времени на разговоры.

Сегодня прошел год с того дня, как у Мэгги случилось ужасное горе, от которого она до сих пор не смогла оправиться, – умер ее маленький сын. Обычные ритуалы, связанные со смертью, вроде посещения кладбища или прогулки до часовни решили отложить на будущее, когда Мэгги обретет душевное равновесие. Может, тогда она немного придет в себя и будет спокойнее.

Разволновавшись, Виола заставила себя думать о других вещах, таких, как вероятность больших чаевых, которые помогут им расплатиться с долгами. Если она будет работать с должным старанием, а прииски Рио-Педраса не слишком скоро истощатся, она сможет полностью выплатить карточные долги Эдварда и уехать в Сан-Франциско лет через шесть. И если ей действительно повезет, у нее хватит денег, чтобы купить пианино и давать уроки. Уже после года, прожитого в Рио-Педрасе, ей начало казаться просто райским блаженством слушать без конца, как маленькие девочки терзают Бетховена.

Мэгги мужниных долгов досталось меньше: ей понадобится меньше двух лет, чтобы освободиться от них.

Виола вздохнула и снова пошла вверх по холму, легко неся на плече тяжелую корзину и насвистывая вальс. Ее выцветшее платье из синего ситца и соломенная шляпка выглядели очень опрятно, молча свидетельствуя о ее умении прачки. Светлые волосы она аккуратно подколола наверх и убрала под шляпку. Платье сидело на ней как влитое, демонстрируя портновские таланты Мэгги. Ей не хватало только ее любимой брошки, которая уже не могла держаться на выношенном материале платья.