Одно совершенно ясно — никто мне не поверит, если я решу опровергнуть слова Роберта.

— Зачем отрицать очевидное? — не оборачиваясь, холодно бросил Флинн, подтверждая опасения Даниэль. — Одна ваша машина стоит пятьдесят тысяч долларов, не говоря о частых поездках в Европу и всевозможных покупках. Ваши кредитные карточки даже пришлось лимитировать.

Кредитные карточки? Поездки в Европу? Покупки? Даниэль старалась переварить полученную информацию. Откуда это все взялось? Кто-то украл ее документы? Определенно тут что-то не чисто…

А может быть, это то, чем занимался Роберт в своих частых деловых поездках, в тех случаях, когда он хотел, чтобы я оставалась дома и составляла компанию его матери?

Что же касается машины, Даниэль понятия не имела, сколько она стоит. Ей всегда казалось, будто у Роберта много денег. И, насколько она знала, машина была записана на его имя. Он, конечно, не подумал, что может попасть в аварию, и не застраховал автомобиль. И себя тоже. Если бы он застраховался, Даниэль бы, по крайней мере, могла сейчас заплатить хоть какую-то часть денег.

И вдруг Даниэль осенило. Поездки, покупки… Вряд ли человек станет делать все это в одиночку. Не изменял ли ей Роберт? Оглядываясь назад, Даниэль вспомнила, он был слишком эгоистичным, чтобы отказаться хоть от чего-то своего. Что за двойную жизнь он вел? И почему эта мысль не обижала ее так, как должна бы?

Даниэль потрясла головой, отгоняя непрошенные мысли. Флинн. стоял перед ней, а она совсем забыла о его присутствии.

Сердце Даниэль внезапно подпрыгнуло к горлу.

Флинн осторожно взял ее палец и помазал антисептической мазью, прежде чем замотать его пластырем. Нежность его прикосновений смутила ее. Как он может быть таким нежным и таким бессердечным одновременно? Даниэль не собиралась демонстрировать Флинну свои сомнения, она знала, он тотчас же воспользуется ее слабостью.