Даниэль поймала такси и приехала домой. Она вошла в свои апартаменты и, стоя на пороге, сделала несколько глубоких вдохов. Ее все еще трясло после встречи с Флинном Донованом.

Даниэль нравилось жить здесь, нравилась суета большого города, но теперь в ее маленький рай заползла змея по имени Флинн Донован.

Боже, он, наверное, псих, если решил, будто я буду расплачиваться за долги своим телом. Мои долги…

У Даниэль вдруг подкосились колени. Она с трудом сглотнула и опустилась на серую кожаную софу. О чем думал Роберт, когда подделывал ее подпись под договором о предоставлении кредита? Это определенно фальшивка, Даниэль даже помнила момент, когда муж пытался заставить ее подписать какие-то бумаги, он утверждал, будто это деловой документ, а ее подпись нужна как подпись свидетеля. Тогда Даниэль почувствовала подвох и будто бы случайно расписалась не в том месте, где надо. Больше Роберт не просил ее что-либо подписывать. Жаль, она не прочла тот документ, прежде чем его выбросить.

Двести тысяч долларов! На что? Похоже, Роберт, проворачивал какие-то финансовые махинации. Господи, оказывается, я совсем не знала своего мужа!

Этот Флинн Донован ни за что бы мне не поверил, если бы я сказала ему правду. Он явно решил, будто я виновна так же, как и Роберт. Дальнейшие попытки переубедить его только вызвали бы подозрения.

Даниэль принялась часто моргать, чтобы прогнать слезы. Такое вот получилось начало новой жизни, подумала она. Позади три года удушающего гнета Роберта и его матери. Только после смерти мужа Даниэль почувствовала себя свободной, переехала в эту квартиру, потому что жить со свекровью стало еще тяжелее, чем во времена несчастливого брака. Когда Роберт умер, Моника попыталась манипулировать Даниэль так же, как она манипулировала «своим Робби». Много раз Даниэль жалела женщину, потерявшую любимого сына, шла на уступки и неизменно оказывалась в проигрыше.