Камера продолжала снимать, теперь в кадре была входная дверь и направляющаяся к ней стройная фигурка Светы.

Вадим вышел из машины, с гордостью взирая на коттедж. Эх, какой дом! Жаль покидать такую красотищу. Если бы не радужные перспективы на будущее, он вряд ли бы согласился на переезд в Гамбург. Но, даст бог, они и в чужих краях совьют не менее уютное гнeздышко. Главное – запастись терпением и верить в лучшее. В душе что-то кольнуло. Вадим никогда не был сентиментальным, но с приближением дня отъезда воспоминания, словно сговорившись, посещали мужчину с завидной регулярностью. Порой ему казалось, что какая-то неведомая сила не хочет их отпускать, стараясь удержать в родных пенатах.

«Раньше никогда не замечал за собой особого патриотизма», – подумал он, вставляя ключ в замочную скважину входной двери.

– Светик, я пришeл! Почему не слышу шума-гама и радостных криков? Я… – Он замолчал на полуслове. Спина моментально сделалась мокрой, во рту пересохло, язык прирос к нeбу.

Светлана лежала на полу в гостиной лицом вниз. Еe белое платье было испачкано кровью, левая рука вытянута вперeд.

– Светка, что с тобой? Света…

С обезумевшими глазами Вадим бросился к жене, схватил еe за плечи, перевернул. Света смотрела на супруга стеклянным взглядом… взглядом мeртвого человека. В глазах отражался дикий ужас и в то же время растерянность. Не помня себя, Вадим метнулся к телефону. Стук собственного сердца отдавался в ушах рeвом турбин, заглушая тихие шаги сзади. Схватив трубку, Вадим почувствовал сильный удар по голове. Жуткая боль, темнота, и мужчина медленно сползает вниз. Минуту спустя он уже ничего не чувствовал… он был мeртв.

Глава 1

Катарина Копейкина относилась к той категории женщин, которых принято называть «вечными девочками». Несмотря на возраст, который стремительно приближался к славному сорокалетию (хотя нет, тридцать пять – это не сорок), в душе Катка ощущала себя максимум на двадцать. Даже те, кто прекрасно знал, какая дата рождения стоит в ее паспорте, не переставали удивляться.