— Он мне не нужен! После нее мне противно даже касаться его!

Проследив взглядом за тем, как яркая шелковая вещица, описав в воздухе дугу, вновь упала на пол, Франческо повернулся к Роберте.

— Я куплю тебе другой.

— Не надо, я…

Стоило только смыслу его предложения дойти до сознания, как слова замерли у нее на губах. Было ясно, что Франческо собирается здесь остаться, по крайней мере на какое-то время, и это совсем не устраивало Роберту, особенно после сцены, свидетелем которой он только что стал, и ее очевидной интерпретации. А что еще хуже, после недавно сделанного ею открытия.

— Я в состоянии купить себе халат. Работа в художественной галерее неплохо оплачивается.

Роберта понимала, что говорит лишь для того, чтобы нарушить молчание и отвлечься от собственных мыслей. Слишком о многом не хотелось думать, да и было рискованно. Гораздо проще казалось сосредоточиться на настоящем моменте и сопутствующих ему обстоятельствах.

В конце концов, тут тоже есть о чем беспокоиться, тяжело вздохнула Роберта. Сайлас, конечно, ушел, и Мария тоже, что не может не радовать. Однако Франческо до сих пор здесь. И избавиться от него будет далеко не просто.

— Что ты здесь делаешь, Франческо?

— Зашел повидаться с тобой, дорогая.

— Я имею в виду совсем другое, и ты прекрасно об этом знаешь, — торопливо и раздраженно возразила Роберта, приходя в ужас от одной возможности услышать от него слово «жена».

А ведь когда-то она была горда и счастлива — еще как счастлива! — иметь возможность называть себя его женой, даже если по каким-то причинам на некоторое время их брак должен был оставаться в тайне. Однако сейчас, когда их недолгий бутафорский союз завершился крахом, ей страстно хотелось забыть его как можно скорее, выбросить если не из своего прошлого, то хотя бы из памяти.

— Я хочу знать, почему ты находишься здесь… в Лондоне.

— Есть кое-какие дела. Важные встречи. Это неправда, вернее не совсем правда, сознавал Франческо. Однако к правде он не готов. Пока, во всяком случае. А может быть, и вообще.