Они идут домой через весенний, пахнущий листвой город - Аленка впервые видит, как он красив, - мама объясняет своим девочкам пьесу, защищает Чацкого: он же в отчаянии, его объявили - подумайте! - сумасшедшим...

Мама веселая, счастливая, вдруг - молодая...

- Будем теперь ходить в театр? - звонко спрашивает она, не сомневаясь в ответе.

- Только в этот, мам, в настоящий!

- Конечно! Ведь вы у меня уже взрослые...

- Вырасту - стану артисткой, - неожиданно говорит Аленка. - Что, не веришь? - Это уже к Ире.

- А на скрипке хочешь играть? - перебивает Аленку мама: сейчас ей кажется все возможным. - У нас на работе повесили объявление.

Аленка не успевает ответить.

- Я, я хочу! - кричит Ира так громко, что на них оглядывается идущая впереди женщина.

Глава 4

Наступила вторая послевоенная осень. Ира теперь ходила в две школы - в простую и музыкальную, а по вечерам играла на скрипке, старательно отбивая ногой такт. Подбородок ее упирался в маленькую плюшевую подушечку, смычок с туго натянутым конским волосом плавно ходил по струнам, и даже Аленка слышала, каким глубоким и чистым был звук: мать купила очень хорошую скрипку, в рассрочку.

Артур Семенович, Ирин учитель, сам принес ее в школу, бережно вытащил из футляра.

- Это хороший инструмент, настоящий, - сказал он и погладил скрипку. Первая скрипка нашего мальчика, а он был таким талантливым! Мы ее берегли: думали, когда-нибудь будет играть внук. Теперь что ж, сын погиб, и внука не будет... Послушайте, какой звук...

И он заиграл что-то такое нежное и такое печальное, что Ира чуть не заплакала.

А вот Аленку в музыкальную школу не приняли.

Как позорно она провалилась в этот долгий и душный августовский день! Ее прослушивали последней. Седая дама в черном закрытом платье строго смотрела на робкую девочку, неуклюже стоявшую перед ней, и резко ударяла пальцем по клавишам пианино. Аленка должна была звук пропеть, повторить.