Аленка не мигая смотрит на лампу и мечтает, мечтает... А дома у нее беда.

Глава 8

Мама лежит на постели багровая, с чужим, одутловатым лицом. Губы сухие, глаза блестят, волосы липкими прядями разбросаны по подушке.

- Петя, а как же мы? Как же девочки, Петя?

- Бредит...

Ефросинья Ивановна, ближняя их соседка. Подпершись, сидит у дивана, жалостливо смотрит на мать.

Ира испуганно замерла у окна. Дверь без конца отворяется, входят-выходят соседки.

- Ну что?

- Сейчас будет.

Борис Васильевич, муж тети Фроси, сбегал уже в аптеку и вызвал оттуда "скорую".

- А-а-а, явилась, - хмуро бросает Аленке всегда такая ясная, добрая тетя Фрося. - Ступай к нам, поешь чего-нибудь.

- Не хочу...

- Ступай, говорят, - топает ногой тетя Фрося, и Аленка пятится к двери.

В соседней комнате она с трудом глотает остывшее уже пюре, запивает пюре тоже холодным чаем.

Света, тети Фросина дочка, о чем-то спрашивает, но Аленка не отвечает: она прислушивается к шагам в коридоре - когда же придет врач? Соседки ходят и ходят, и все к ним, к матери, - слышно, как отворяется-затворяется дверь.

Что-то происходит с Аленкой: перед глазами стоит еще деревянный струганный стол под старой липой, на столе самовар, лампа, тихая женщина наливает чай Но это было так бесконечно давно, может, не было вовсе, а приснился Аленке сон или читала она книгу Все растворилось в страхе, съежилось и поблекло, стало маленьким и далеким, как в перевернутом бинокле, который тогда, в театре, дала ей мама. Аленка посмотрела в оконце и увидела далеко-далеко крошечную сцену, а на ней кукольные фигурки актеров...