-Я не на что не жалуюсь - отвечает Шлихт.

-После обхода я вызову вас на собеседование. Вы пробудете здесь месяц. И только после этого комиссия будет решать степень вашей вменяемости в момент преступления. В том случае, если вас признают невменяемым, то вместо реального срока, вы будете направлены в психбольницу вольного типа.

День. Шлихт входит в палату и видит, что на соседней койке в позе лотоса сидит мужчина лет тридцати пяти. Он высокого роста, худощавый и жилистый. Лицо продолговатое, иконописное и выразительное. Такие лица встречаются не часто и надолго запоминаются.

Время обеда. Все дружно усаживаются за стол. Угрюмый зек басит:

-Желаю всем волчьего аппетита и арестантской ненависти к работе.-

Гориллоподобный сексуальный маньяк громко смеется. Остальные одобрительно улыбаются и стучат ложками.

Место за столом рядом со Шлихтом остается свободным. Новичок, сидящий в позе лотоса , никак не реагирует на стук ложек и мисок. К нему подходит сестра наблюдения и спрашивает:

-Храпов, вы , почему не обедаете?

-Сегодня пятница. До воскресенья я голодаю. Так советует Порфирий - отвечает он.

Сестра что- то записывает в журнал.

День. Шлихт и Храпов лежат на койках и разговаривают.

-Да, пришлось поездить по стране - говорит Храпов. Последние годы работал директором пушной фактории за полярным кругом. Скупал пушнину у охотников якутов и сам охотился, капканы ставил.

-Ну и как навар - интересуется Шлихт.

-Дело прибыльное - отвечает Храпов - но, помимо этого, я еще начальником почты и сберкассы и завмагом был в одном лице. Все в своих руках держал.