Нэнси удивилась, но тут же вспомнила:

– А-а-а, моя записная книжка!

Майкл в знак подтверждения кивнул.

– В девять утра для вас не рано? – Она испытующе посмотрела на Майкла.

– Нет, я жаворонок, – быстро ответил он.

– Как здорово, и я тоже! – обрадовалась Нэнси.

Без пяти девять Майкл припарковался рядом с домом Нэнси, приготовившись ждать ее. Но не успел он полюбоваться палисадником с кустами жасмина у низкого забора, как из калитки вышла улыбающаяся Нэнси с той же большой сумкой на плече, с какой он запомнил ее на перроне.

– А вот и я! Доброе утро! – весело воскликнула девушка.

На ней были легкие желтые брючки, голубая кофточка и канареечного цвета бейсболка, из-под козырька которой ярко светились огромные серо-голубые глаза.

– Как вы точны! – порадовался Майкл. – У женщин это редко встречается.

Нэнси пожала плечами.

– Жаворонков вообще меньше, чем сов, – заметила она. – И, как правило, жаворонки пунктуальнее.

– Очень точное наблюдение, – согласился Майкл, забрасывая ее сумку на заднее сиденье.

День обещал быть жарким, но поднявшийся с утра ветерок должен был смягчить жару, особенно у озера. Шоссе бежало вдоль берега озера Мичиган. С правой стороны пейзаж был довольно унылым, слева тянулась бесконечная прибрежная полоса. За полтора часа пути Майкл многое узнал о Нэнси. Оказалось, она преподает французский язык в университете. Она увлеченно рассказывала ему о Франции, о Париже, о своей стажировке в Сорбонне, о характере французов и их отличии от американцев.

– Минут через пятнадцать мы прибудем в кемпинг, – с сожалением прервал ее Майкл. – Нас должны встретить мои друзья. Они каждый уик-энд отдыхают здесь, ходят на яхтах. Так что у вас есть возможность приобщиться к парусному спорту. Вы никогда не пробовали?

– Не-ет, – в радостном предвкушении проговорила Нэнси, лихо сдвинув на бок свою забавную бейсболку.