— Точно, тогда бы ей ничего не оставалось, как запустить руку в трастовый фонд, который припасла для неё тётушка Миллисент, — заметила Мэриел. — Танзи, я всё ещё убеждена, что просто глупо отказываться, когда твоя тётушка…

— Ну пожалуйста, — взмолилась Сью, — давайте не будем об этом. Ведь Танзи уже не раз с пеной у рта объясняла нам, почему её хвалёная независимость гораздо важнее денег.

Рина пропустила слова обеих мимо ушей.

— Коль уж речь зашла о несравненной Миллисент, расскажи, как вы с ней отпраздновали День благодарения? — поинтересовалась она, обращаясь к подруге.

Танзи ухватилась за вопрос как за спасательный круг. Мэриел искренне недоумевала, почему Танзи с таким редкостным упорством отказывается следовать традиции, заведённой богатыми предками. Сама Мэриел с радостью прибрала к рукам преуспевающего Чака и начала вить собственное семейное гнёздышко.

— Как обычно, — ответила Танзи. — Тётушка интересовалась, как у меня дела с работой, а потом уговорила отправиться с ней за покупками. Ещё она продемонстрировала мне все современные «фишки», которыми она нашпиговала «Большой Харри». Вот, пожалуй, и все.

— Кстати, о «Большом Харри», — вклинилась в разговор Сью. — У меня есть к тебе разговор. Напомни потом.

Имелся в виду огромных размеров особняк, в котором обитала тётушка Миллисент. Танзи кивнула, зная, о чём пойдёт речь. Сью взяла на себя праздник в честь будущего младенца Мэриел. Она планировала отметить это событие у себя в клубе, однако Рина как-то раз обмолвилась, что неплохо бы устроить его в фамильном особняке Харрингтонов. Сью не хотела вступать в пререкания и была готова поступить так, как пожелают остальные.

Рина сделала несколько глотков кофе и только потом задала новый вопрос:

— Есть что-нибудь новенькое от твоего воздыхателя? Он по-прежнему забрасывает тебя электронными письмами?