- Вынужден на несколько дней тебя покинуть, Скай, - произнес он. - Сэр Мурроу прислал записку и требует меня к себе. Но к свадьбе непременно вернусь в срок.

Сердце Скай екнуло. Он уедет, а лорд Бурк останется здесь.

- Поезжай с Богом, - ласково сказала она. На минуту воцарилось неловкое молчание. Потом Дом взял девушку за руку и потянул к себе:

- Разве ты не поцелуешь меня, дорогая? Так и отпустишь в дорогу без последнего знака любви?

- Но мы еще не женаты, Дом. И я не обязана тебя целовать.

- Не обязана! - выпалил он. - Боже, Скай, не будь такой маленькой негодницей. И не изображай из себя застенчивую девицу. Через несколько дней ты мне будешь должна кое-что еще, кроме поцелуев. - Черт возьми, какая же она сладкая, вся умытая, горячая, только что из ванны. Он почувствовал, как растет в нем желание, потянулся к ее губам, но она отпрянула:

- Нет!

Голубые глаза юноши расширились от гнева, но он тут же рассмеялся:

- Хорошо, любовь моя. Но вскоре ты сама будешь выпрашивать у меня поцелуи. - Он отвесил ей шутовской поклон и, повернувшись, вышел из комнаты. Скай пожала плечами.

- Ох! - взвизгнула Молли. - Он такой сладострастный! Будьте уверены, госпожа.

- Замолчи, глупышка, - оборвала ее Скай. - Вместо того чтобы трепаться о моем женихе, принеси-ка лучше новое платье цвета бургунди. Я собираюсь надеть его вечером вместе с рубинами, которые подарил мне папа.

Молли поспешила повиноваться. Скай О'Малли - хорошая хозяйка, вовсе не жестокая, но и она не пренебрегала подзатыльниками. Служанка затянула госпожу в миниатюрный корсет из китового уса так, что ее маленькие груди поднялись и, казалось, собирались выскочить из бледно-розовой сорочки. Почти прозрачные рукава были затканы золотыми нитками. Скай аккуратно натянула чулки на стройные ноги, красный шелк украшала вышивка золотом. Затем наступила очередь нескольких нижних юбок, а потом уже платья - изящного творения из мягчайшего тонкого бархата, переливавшегося красным, точно драгоценный камень. Длинная юбка свободно ниспадала к ступням, а разрезы в рукавах открывали бело-золотую ткань сорочки.