Девушка бросилась к отцу, который стоял на ступеньках дома. Обняв отца, она прильнула к нему.

- Папа, - выдохнула дочь. - Я не могу этого сделать. Я не могу это вынести!

Отец погладил ее по голове.

- Ш-ш-ш, - прошептал он. - Все будет хорошо, Виктория. Я это знаю.

- Он такой злой. Такой холодный!

- Я понимаю, что ты чувствуешь, дитя. На самом деле он не такой. Боже правый, неужели ты думаешь, что я бы отдал свою единственную дочь злому и холодному человеку?

Боль пронзила грудь Виктории. В душе она знала, что отец желает ей только самого лучшего. Однако она не видела, что хорошего может принести этот брак.

- Виктория! - окликнул граф.

Девушка не сдвинулась с места.

Отец поцеловал ее в щеку, затем сжал плечо.

- Иди, Виктория, и помни: теперь у тебя есть муж, но я навсегда останусь твоим отцом и всегда буду тебя любить.

Виктория едва сдерживала слезы, но повернулась и пошла к карете с высоко поднятой головой.

В карете воцарилось гнетущее молчание. Виктория чувствовала на себе взгляд графа. Такой же мрачный и злой, как и он сам. Ей так хотелось распахнуть дверцу и убежать.

Вскоре карета остановилась у роскошного особняка из красного кирпича, расположенного на Гросвенор-сквер.

- Наше скромное жилище, графиня. Виктория заскрежетала зубами. Бессовестный! тип изводит ее и получает от этого огромное удовольствие. Она оттолкнула руку графа и вышла из кареты без его помощи. Дверь открыл сутулый дворецкий и проводил их в холл. Майлз произнес:

- Нельсон, познакомьтесь с моей женой, ее девичья фамилия леди Виктория Карлтон. Будьте любезны, проводите ее в желтую спальню.

Выражение лица Нельсона было таким же каменным, как у графа. "Кажется, я обречена жить среди статуй", - подумала Виктория.