В течение всей следующей недели Эвелин и Пенелопа с беспокойством ожидали возможных последствий их ночной вылазки. Ведь директор школы мог вызвать родителей Пенелопы и Эвелин для малоприятных объяснений. Но, как ни странно, буря так и не поднялась. Все ограничилось лишь тихим перешептыванием в коридорах и любопытными взглядами. И весь этот «постельный» скандал в Итоне на удивление быстро забылся. Как-никак Мартин был младшим братом герцога, и от всяких склок и сплетен его защищали имя и титул брата.

Таким образом, с подругами ничего особенного за эту неделю не произошло. Они все так же общались друг с другом и ходили по магазинам со своими матерями, которые, кстати сказать, были лучшими подругами. Девушки все так же мирно пили чай в саду Пенелопы, ели булочки с абрикосовым джемом, читали и после обеда прогуливались вдоль реки, наслаждаясь безмятежностью и тишиной.

Слезы Пенелопа лила все реже и реже, а к концу недели их поток и вовсе иссяк. Теперь, когда разговор заходил о лорде Мартине, она уже делала удивленные глаза и говорила, что не понимает, почему многие девочки считают его красивым. «У него же всегда растрепанные волосы!» – восклицала Пенни. И разумеется, не забывала добавлять, что такого негодяя еще свет не видывал. К тому же, говорила она, скромно потупив глаза, лорд Мартин так некрасиво улыбается.

Вот с этим Эвелин могла бы поспорить – улыбка лорда Лэнгдона была его главным оружием. Стоило Мартину улыбнуться, как все лица женского пола в радиусе десяти ярдов тут же теряли голову и были готовы ради него на любые жертвы. Эвелин горячо заверяла подругу в ее правоте, и Пенелопа счастливо улыбалась. Похоже, эта история завершилась вполне благополучно.