Спустя еще несколько минут девушки уже спокойно шли по дороге домой к Пенелопе. В темноте поблескивала река, небо очистилось от туч, и на нем появились первые звезды.

Подруги остановились, чтобы перевести дыхание.

– Мы уже в безопасности. Остается только надеяться, что Мартин никому не расскажет о том, что видел нас.

Пенелопа опустилась на траву, подняла на Эвелин глаза, на кончиках ее длинных ресниц все еще поблескивали слезы.

– О, Эвелин! Ты видела ее? Как он мог?!

У Эвелин к горлу подступил ком. Она пыталась справиться с потрясением, пыталась преодолеть в себе чувство, название которому она и сама не могла дать. Может, это была ревность? Кто эта рыжая девушка? Что она делала в постели Мартина? Чем они занимались? Эвелин снова почувствовала дурноту.

Она присела рядом с подругой. Пенелопа снова горько рыдала, и Эвелин обняла ее за плечи.

– Мне очень жаль, Пенни.

Нет, она, Эвелин, не допустит, чтобы эта грязь коснулась даже края платья подруги. Она не раз предупреждала Пенелопу. Что еще можно было ожидать от человека с такой репутацией? В том, что все вышло именно так, нет ничего удивительного. Мартин распущенный и опасный человек. Он недостоин любви чистой девушки. Тут и расстраиваться не из-за чего. Эвелин даже порадовалась, что все тайное стало явным. Рассеялись все сомнения…

Она ласково потрепала Пенни по плечу.

– Ты говорила мне… – пробормотала Пенелопа, заливаясь слезами. – Но я… я… не хотела слушать. Мне трудно это признать, но ты была права. Он просто подлец. Он ужасный, отвратительный, лицемерный! Я ненавижу его!

Пенелопа разразилась новым потоком слез.

– Все будет в порядке, – мягко проговорила Эвелин. – Время лечит.

– Думаешь? – жалобно всхлипнула Пенни. – Но как? Как избавиться от этого чувства? Я же любила его! Я так любила его… Он был для меня единственным мужчиной на свете. Остальных я даже не замечала. И теперь мое сердце разбито! Я не хочу жить! Я утоплюсь сегодня в реке! Может, тогда он пожалеет о том, что так вел себя.