— И он говорит?.. — подсказала она.

— И доктор Мейсон рассказал мне о вашей деятельности в больнице и о том, как много времени и усилий вы вкладываете в эту работу. Что я и проверил. Я подсчитал, что вы заработали на двенадцать зачетов больше, чем было засчитано раньше.

Глубокий вздох вырвался из груди Лори.

— На двенадцать больше? — машинально повторила она, думая, что декан, наверное, ошибся.

— На двенадцать больше, — подтвердил декан. — То есть на шесть зачетов больше, чем необходимо для завершения учебы.

Он начал собирать бумаги со стола и засунул их опять в папку.

— И что же? — прошептала Лори, затаив дыхание.

Декан взял большую резиновую печать, окунул ее в чернила и хлопнул ею по обложке папки.

— Таким образом, мисс Майклсон, я объявляю, что с этого момента вы являетесь выпускницей университета Грандела, прошедшей полный курс обучения. Идите домой и расскажите вашей матери.

— Рассказать матери?..

Декан улыбнулся, что с ним случалось лишь изредка, по большим праздникам.

— Ваша мать и я были неравнодушны друг к другу на пятом курсе. А теперь вон отсюда, Лори Майклсон. Идите и празднуйте.

«Идите домой и расскажите вашей матери». Лори хмыкнула, умудрившись вывести свою старую машину с запрещенного для стоянки места, прежде чем полиция университетского городка оштрафовала ее. «Идите домой и расскажите вашей матери». Что?

Что я окончила университет. Бакалавр искусств. Она шла к своей мечте в течение десяти лет, пронесла ее через два университета и теперь, когда корабль прибыл в порт, не знала, что с этим делать. Кому нужна тридцатидвухлетняя женщина со степенью бакалавра театрального искусства?

Она была так захвачена своими проблемами, что проехала знак «стоп» на Эрвин-стрит, и, конечно, там притаилась, ожидая именно ее, полицейская машина. Полицейский был настоящим садистом. Он выскочил из укрытия и вклинился в ряд вплотную за ее машиной, одновременно включив сигнальные огни и сирену.