— Ты не могла бы накрыть на стол? — ласково попросила Клер свою дочь, добавляя муки в клокотавший на плите соус.

— Конечно, без вопросов. Мамочка, но как же я голодна. Ты даже не представляешь…

Клер, повернув голову, улыбнулась:

— Потерпи еще немного. Скоро сядем ужинать…

Пейдж кивнула и начала сервировать стол.

Вдруг она почувствовала на себе пристальный взгляд.

Клер украдкой наблюдала за дочерью.

— У тебя все в порядке, Пейдж? — Встревоженная женщина не могла не задать этот вопрос. Она ведь сразу поняла, что у дочки проблемы.

Пейдж вытащила из шкафа стопку тарелок и поставила их в середину большого круглого стола.

— У меня все отлично. Просто я немного устала. Вела совсем недавно очень сложное дело… Вымоталась до невозможности. Но, мамочка, почему ты решила, что у меня какие-то проблемы?

— А ты надолго задержишься в Дестини? Мы с твоим отцом так рады, что ты приехала. Не хочется тебя отпускать. Когда ты рядом, нам гораздо спокойнее, во всех отношениях. И мы так любим тебя, — Клер тепло улыбнулась и снова поспешила к плите.

Внезапно по лицу Пейдж потекли слезы. Она и не ожидала, что простые слова матери могут так на нее повлиять. Пейдж была не слишком склонна к сантиментам, но сейчас расчувствовалась.

Молодая женщина подошла к окну и, обхватив руками плечи, посмотрела куда-то вдаль. Пейдж пару минут наблюдала, как солнце медленно падает за вершины разлапистых сосен, а потом подумала: как же все-таки хорошо иметь любящих родителей. Благодаря Тиму и Клер у Пейдж и ее сестер были и прекрасное детство, и прекрасная юность. Кинаны сотворили чудо. Они отогрели сердца трех девчушек. Но почему же настоящие мать и отец отказалась от своих малюток? Пейдж не знала ответа на этот вопрос.