Пейдж автоматически положила ладонь на живот, словно защищая малыша от своих сумбурных мыслей и пока неразрешимых сомнений.

А вдруг родители не поймут ее, вдруг осудят? И зачем им лишний раз расстраиваться, зачем разочаровываться в одной из дочерей? Они ведь, наверное, и не захотят нянчиться с ребенком, появившимся на свет в результате греховной связи.

Но каков все-таки Дрю! Уверял, что он на грани развода что ненавидит свою жену. Однако, узнав о беременности любовницы, моментально вернулся к «ужасной» Сэнди.

Пейдж смахнула слезинку, катившуюся по щеке.

Хватит плакать из-за этого лживого человека. Ее малышу не нужен такой отец.

Горькие размышления Пейдж прервал голос Рида Ларкина:

— Нельзя ли постоять с вами рядом, леди?

— Извольте. — Пейдж удивилась самой себе. Употребила такое вычурное слово.

Но Рид продолжал в том же духе:

— Отблагодарю, госпожа. И прошу, пожалейте. Знаете, я больше не могу слышать о банановом креме, клубничной начинке и способах выпекания свадебного торта.

— Не можешь? Нужно было потерпеть, — засмеялась Пейдж. — Ты же сильный человек. Во всем.

— Нет, Пейдж, ты ошибаешься. Кулинарные темы пока меня не слишком воодушевляют. Я не стремлюсь к тренировкам на кухонном поле. Да и у Холта еще не выработался иммунитет к подобным беседам. Достаточно было посмотреть на его затуманенные глаза. Казалось, он готовился сам превратиться в торт, лишь бы только дамы успокоились.

Пейдж снова рассмеялась:

— Да, мальчики, тяжело вам приходится. Нужно иметь мужество, чтобы выдержать такое. Или вы стали совсем слабаками?

— Осторожно с намеками, не то у меня может возникнуть желание опровергнуть данное высказывание, — Рид усмехнулся. Он присел рядом с Пейдж и доверительно сообщил: — Кстати, я пытался отвертеться в процессе разговора от роли шафера…