— По вашему лицу я вижу, что вы мне не верите. Не дайте обиде и гневу затуманить ваш рассудок, — посоветовал Корбин. — Тирлох О'Дун — хороший человек. Я знаю его с тех пор, как он приехал в здешние края.

— Он на целый год сделал меня своей рабыней, и вы ждете, что после этого я буду улыбаться?

Корбин вздохнул:

— Он спас вас от тюремного заключения и еще более жестокого публичного унижения.

— Что ж, посмотрим, насколько это ему удалось, — проговорила Плезанс. — Спасибо за ужин, мистер Маттиас.

Печально кивнув, Корбин встал и собрал со стола пустую посуду.

— Вы имеете полное право сердиться на него, но прошу вас, не усугубляйте ситуацию. Тирлох — человек благородный. Ему нужна женщина, которая поможет ему воспитывать его сестру. Может, он выбрал не самый лучший способ для ее поиска, но мне понятны его мотивы.

С этим она согласилась без колебаний и кивнула. Корбин ушел, и Плезанс тут же пожалела, что его нет рядом. Разговор с ним отвлек ее от мучительных мыслей и обид, роившихся в душе.

Она достала из потайного кармана плаща отмычку и задумчиво уставилась на нее. Она еще может бежать. Вот только куда? Натан говорил, что едет в Филадельфию, но, встретившись со своими дружками-контрабандистами, он мог отправиться куда угодно. И потом, у нее нет ни денег, ни одежды, ни еды, ни лошади. Да и кто согласится ей помочь?

Тяжело вздохнув, она вновь спрятала отмычку в карман и села. Нет, не стоит и пытаться. Мысль о побеге придавала ей сил во время тюремного заключения и судебного процесса, но сейчас Плезанс поняла: это была глупая затея. Она уедет в глухие дикие края, подальше от Вустера, где каждый считает ее почти прокаженной. Что ж, не так уж и плохо. Натан в конце концов найдет ее и поможет… Поразмыслив еще немного, она перестала бояться будущего и с надеждой подумала: «Скорей бы Тирлох О'Дун забрал меня к себе в услужение!»