– Дежурного в Главном управлении, Джо... Говорит Ревис из Западного Лос-Анджелеса, по поводу этого убийства с ограблением. Мне нужен гангстер по имени Лу Лид, негр или мулат. Года двадцать два – двадцать четыре, кожа светло-коричневая, одевается опрятно, маленького роста, вес, скажем, сто тридцать, один глаз поврежден, какой – не помню. На него есть кое-что, но не очень много; привлекался и выпускался раз сто. Ребята из Семьдесят седьмого должны его хорошо знать. Мне нужно уточнить все его передвижения сегодня вечером. Дайте час цветной бригаде, а потом объявите розыск.

Он повесил трубку и подмигнул мне.

– У нас лучшая черномазая полиция к западу от Чикаго. Если он в городе, они возьмут его сразу, и разыскивать не понадобится. Ну что, теперь поехали туда?

Спустившись по лестнице, мы влезли в полицейскую машину и поехали назад – через Санта-Монику к Палисадам.

Холодным серым рассветом несколько часов спустя я был, наконец, дома. Я как раз запивал аспирин виски и очень горячей водой отпаривал затылок, когда зазвонил телефон. Это был Ревис.

– Ну вот, – сказал он. – Лу Лид у нас. Пасадена нашел его и еще одного мексиканца по имени Фуенте. Подобрал их на бульваре Арройо Секо – пришлось подбирать не то чтобы совковой лопатой, но что-то вроде того, Кропотливая работа.

– Дальше, – попросил я, сжимая трубку телефона так, что она почти трещала. – В чем там дело?

– Да вы, наверное, уже сами сообразили. Они нашли их под мостом Колорадо-стрит, связанных спина к спине ржавой проволокой. И разбитых в лепешку, как перезрелые апельсины. Как вам это нравится?

Тяжело дыша, я сказал в трубку:

– Именно этого мне и недоставало, чтобы заснуть сном младенца.

Твердая булыжная мостовая бульвара Арройо Секо проходит в семидесяти пяти футах под мостом Колорадо-стрит, который еще называют Мостом Самоубийц.

– Похоже на то, – помолчав прибавил Ревис, – что вы сунули нос в какое-то очень тухлое дело. Что вы на это скажете?