Дом смотрелся вполне прилично, но все же не так, чтобы предположить у его хозяев действительно серьезные деньги. Ведущая к передней двери железная лестница потускнела от соли; гараж был под домом. Там стояло длинное черное блестящее сооружение, больше похожее на военный корабль, чем на автомобиль: огромный обтекаемый корпус, капот, которого хватило бы на добрых три машины, а позади радиатора – длинный, как у койота, хвост. Судя по виду, эта игрушка стоила дороже, чем сам дом.

Человек, открывший дверь, к которой вела железная лестница, был одет в белый фланелевый костюм, украшенный небрежно заправленным под воротник фиолетовым сатиновым шарфом. У него была загорелая нежная шея – такая могла бы быть у очень сильной женщины, – прозрачные, как аквамарин, бледные голубовато-зеленые глаза, тяжеловатые, но правильные и очень красивые черты лица; над гладким загорелым лбом тремя аккуратными волнами уложены густые белокурые волосы. Ростом он был, наверное, на дюйм повыше меня – значит, шесть футов один дюйм, и выглядел именно так, как должен выглядеть тип, который носит белые фланелевые костюмы с фиолетовыми сатиновыми шарфами под воротником.

Он прочистил горло и, глядя поверх моего левого плеча, произнес:

– Да?

– Я человек, за которым вы посылали. По рекомендации Фиалки Макги.

– Фиалки? Что за прелесть! Редкое прозвище. Позвольте, вас зовут...

Он запнулся, припоминая. Я дал ему как следует поработать мозгами, пока он не решил снова прочистить горло и не перевел глаза к некоему предмету, расположенному где-то в десятке миль за моим правым плечом.