– Жизнь была гораздо проще, – возразила она.

Он презрительно хмыкнул:

– Ты так думаешь? Я ухожу. Закрой дверь, когда пойдешь домой. – И Отис направился к двери легкой походкой, необычной для семидесятипятилетнего мужчины. Сегодня он был не в духе, но Оливия достаточно хорошо изучила босса за пять лет работы, чтобы не принимать на свой счет перепады его настроения. Отис, неудавшийся Пикассо, не состоялся, как художник и вынужден был заниматься реставрацией. Но надежда на признание не покидала его. После выхода на пенсию он собирался вновь заняться живописью.

Отис с нетерпением ждал этого дня и считал часы и минуты до пенсии. Но не Оливия. «Мы ведь с тобой отличная команда», – возражала она. «Я слишком стар», – отвечал он.

Именно это и поразило ее в семейном портрете наемных рабочих. Старик на фотографии выглядел гораздо дряхлее Отиса, но все еще трудился наравне со всеми.

Теперь все по-другому. Люди рано теряют энергию и силы, и это неудивительно. Они потеряли свои корни.

Оливия всерьез тревожилась за Отиса. Каково ему будет на пенсии? Тоскливо, наверное. И мастерство свое он уже растерял, и картины его вряд ли будут хорошо продаваться.

«Нет, Оливия, ты не права. У него много друзей среди художников и денег достаточно. На пенсии он будет отдыхать в свое удовольствие. А вот тебе придется несладко».

Оливия только-только нашла свою стезю. Реставрация старых фотоснимков – как раз для тех, кто умеет обращаться с фотоаппаратом и обладает художественными способностями. Оливия неожиданно открыла в себе и то и другое. Вся ее предыдущая карьера представляла собой нескончаемую цепь проб и ошибок. Кем она только не работала! Ей довелось побывать официанткой, работать в сфере телемаркетинга, продавать одежду и фотоаппараты (после чего она обнаружила, что ей нравится фотографировать). Потом появилась Тесс. Затем учеба в мастерской профессионального фотографа и работа по контракту с музеем. И вот теперь Отис.