«Не прикидывайся, – подумал Сойер с нарастающим презрением. – Ты был уверен, что я приму тебя».
Он холодно улыбнулся в ответ и сказал:
– Нет проблем.
– Вы не пожалеете об этом. Если вы поможете мне с этим дельцем, я в долгу не останусь.
– Присаживайтесь, сенатор.
– Спасибо, Брок.
Сенатор и судья в один день, подумал Сойер. Кому-то показалось бы, что все складывается замечательно. Однако Сойер понимал, что от обоих его клиентов можно ожидать больше неприятностей, чем выгод.
Глава 2
Фор-Корнерс, штат Техас. 1975 год
Томас Дженнингс, согнувшись, как вопросительный знак, подглядывал в крошечное отверстие в стене.
– Вот это да! Эй, Джексон, не хочешь полюбоваться? – Он воровато оглянулся, опасаясь, что в дверях мужской раздевалки может появиться завуч, Джим Андерсон.
Уэйд Джексон, мусоля во рту сигарету, укоризненно протянул:
– Ну, чем ты занимаешься?
Томас ухмыльнулся:
– Смотрю на голых девок.
Томас и Уэйд прогуливали английский. Но прежде чем убежать из школы, они завернули в мужскую раздевалку, где Томас пару дней назад обнаружил щель в стене одной из кабинок уборной. Он несколько раз возвращался сюда, но до сих пор похвастать было нечем. Зато сегодня ему наконец привалила удача.
Уэйд разинул рот.
– Врешь ты все. – Он оттолкнул Томаса в сторону. – Дай-ка глянуть.
В вонючей кабинке наступила тишина. Уэйд вглядывался в узкую щель, сквозь которую был виден угол женской раздевалки.
– Ух ты! Ничего себе!
– Отвали, – потребовал Томас, – я ее первый засек.
– Если тебя самого тут засекут, Андерсон тебе такую взбучку устроит, что ты о девчонках и думать забудешь.
– Ох как страшно! – хорохорился Томас. – Что он мне сделает?
– Тебе, может, и ничего, у тебя папаша – священник, а мне мало не покажется. Если мы влипнем, мои предки с меня шкуру спустят за такие дела.