Физз посмотрела на дверь, которая аккуратно закрылась за ним. Ей почудился почти слышимый звук, с которым он перерезал соединявшую их пуповину. Отец подталкивал ее к этому в течение нескольких месяцев, настаивая, чтобы при возобновлении лицензии она публично взяла на себя роль исполнительного директора «Павильон-радио». Она сопротивлялась, предпочитая скрываться за знаменитым именем отца, позволяя ему получать аплодисменты, похвалы и премии, которые время от времени встречались на их пути.

Теперь он использует этот кризис, чтобы подтолкнуть ее, заставить ее бороться за свою радиостанцию, потому что никто не сделает этого вместо нее. Это ее детищу угрожает опасность, и она должна вступить в бой.

Она медленно опустилась в кресло и дотянулась до телефона. Сжимая трубку побелевшими пальцами, она набрала номер, указанный в заголовке письма.

– «Харрис индастриз». Доброе утро, чем могу помочь вам?

– Доброе утро. Это звонит Фелисити Бьюмонт из «Павильон-радио», – сказала она, вкладывая в свой голос уверенность, которой на самом деле вовсе не чувствовала. – Я бы хотела поговорить с мистером Люком Дэвлином.

Если бы Люк Дэвлин имел сознательное намерение усложнить жизнь Фелисити Бьюмонт насколько это возможно, он не смог бы выбрать более подходящего момента, чтобы взорвать свою бомбу.

– Мисс Бьюмонт?

Физз сразу же узнала сглаженные интонации управляющего из местного банка.

– Добрый день, мистер Николсон, чем могу быть полезна?

– Вы собираетесь внести в банк спонсорский чек от «Харрис индастриз»? – спросил он без обиняков.

Она ожидала этого звонка. О смене руководства «Харрис индастриз» было подробно рассказано в их собственных программах новостей и во всех местных газетах. Рассуждения о сокращениях рабочих мест и урезании финансирования присутствовали в изобилии, и в городе царила нервная атмосфера, неизбежно заразившая и радиостанцию. В течение этой недели Физз несколько раз замечала, что служащие резко замолкают, когда она входит в комнату.