– Конечно, он может просто отказаться от обязательств, – возразила она. – Тем более от неофициальных.

– Я думаю, что, даже если бы это были юридически оформленные обязательства, он был бы вправе изменить их, – ответил отец.

Физз не сомневалась в этом. Но если бы это было так, она чувствовала бы себя гораздо увереннее. Если только отец сказал ей правду. Джентльменское соглашение, подумать только! Два старомодных джентльмена заключают сделку дружеским рукопожатием. И в конце концов это приводит к катастрофе, беспомощно возмущалась про себя Физз.

Через несколько месяцев наступал срок возобновления лицензии на радиовещание. Если они не сумеют сдержать свои обещания по программе, в лицензии могут и отказать. Хуже того, радиостанция сама становится уязвимой и ее тоже кто-нибудь может купить. Физз знала об одном консорциуме, уже купившем несколько близлежащих станций, которые теперь передавали поп-музыку, и без особого объявления было почти невозможно понять, какое радио вы слушаете.

Вся концепция независимого радиовещания для местных жителей начала казаться очень шаткой. Физз была полна решимости сделать свою радиостанцию особенной, отличной от других. С помощью семьи и щедрой поддержки Майкла Харриса она преуспела в этом. А теперь, когда она расширила свою деловую базу, чтобы перейти на самоокупаемость и избежать столь сильной зависимости от спонсоров, она неожиданно оказалась на грани того, чтобы вообще потерять все это.

– Что будет с Майклом? – спросила она, пытаясь отодвинуть собственные проблемы. – Он сможет справиться с этим?

– Он храбрится: говорит о том, как рада Элис его раннему уходу в отставку, как замечательно будет провести зиму в своем доме в Альграве и целыми днями играть в гольф. Но ты ведь знаешь, чем был для него завод. Он любил его. Каждый кирпичик. Каждого человека, который работал там.