– Ладно, проехали. – Он скинул куртку и сразу же отправился на кухню. В раковине, как всегда, полно грязной посуды. Зато сегодня холодильник против обычного набит всякой всячиной. Не спросясь, Юл вытащил ветчину, сыр и свежие огурцы. Ну наконец-то можно устроить пир, а не довольствоваться жареной картошкой!

– Он искал тебя, – сказала мать. – Я ему рассказала, что ты прогуливаешь уроки и учителям хамишь.

Она смотрела, как Юл ест, и почему-то в этот раз не ограничивала толщину отрезаемых от окорока ломтей.

– Я его видел, – буркнул Юл с набитым ртом.

– Он что-нибудь говорил?

– Насчет уроков – ничего.

– Ну конечно – этим должна заниматься я! Недаром ты всякий раз заявляешь, что любишь его больше меня.

– Разумеется, – отозвался Юл, наслаждаясь собственной жестокостью.

В другой раз мать бы влепила ему подзатыльник, но сейчас почему-то сдержалась.

– О чем же вы говорили? – спросила она сухо.

– Да так, немного поболтали о том о сем. Он сказал, что скоро… -Юл едва не ляпнул “скоро умрет”, во в последний момент сдержался.

Ветчина потеряла всякий вкус. Но ведь отец именно так и сказал. Почему-то там, в парке, Юл не захотел этого понять. Он бросил недоеденный бутерброд, чем несказанно удивил мать, и побежал к телефону.

На работе отца не было, и никто не знал, где он. Юл попросил передать, чтобы отцу непременно доложили о звонке. Ему обещали, но обещание это не стоило и ломаного гроша – секретарша непременно все забудет. Потом набрал домашний номер Александра Стеновского. Ответила “фифа” – так мать называла молодую, третью или четвертую по счету жену отца. Ей Юл ничего не мог объяснить и лишь сказал не слишком вежливо: “Передайте ему привет”.