А у Дианы отличный автомобиль, думал в тот момент Кристофер, направляя джип в пологий поворот и возвращая послушный руль обратно. У него в Чикаго осталась маленькая легковушка, к тому же старая. На ней он не отважился бы ехать через всю страну, потому и бросил, отдал за бесценок в прокатную контору. Гораздо интереснее ехать на перекладных — так он проводил летние каникулы в юности, а потом отправлялся в бесконечные поездки по разным штатам в поисках исчезнувшей истории. Машина отчасти была плюсом, отчасти обременяла — с нею невозможно было забраться в глухие места, где проводились раскопки древних поселений, нельзя было переплыть реку, когда это было необходимо, нельзя было влезть в горы. А на своих двоих, да еще в содружестве со смекалкой можно забраться куда угодно. Главное, чтобы рейсовый автобус или попутка доставили тебя до конечного пункта цивилизации. Во всем остальном Кристофер полагался только на силу своих ног и рук, на нюх и верность своего товарища по путешествиям — Харта, которого лет десять назад взял в первую поездку еще маленьким щенком, и с тех пор они не расставались ни на один день. А теперь бедняге Харту по человеческому возрасту уже пора на пенсию. Потому Кристофер в последнее время значительно умерил свою тягу к дальним поездкам. Эта была второй за год, к тому же строго в пределах асфальтированных дорог. Но это не означало, что Клейтон готов изменить своему любимому делу. И в Даррингтоне для него найдется работа.

Кристофер Клейтон был трижды «граф» — историограф, этнограф да еще неплохой фотограф. Хорошее сочетание для успешной работы в исторических, географических и прочих журналах. Он мог бы много рассказать о себе и о своей походной жизни, но практически все его мысли оставались с ним наедине. Даже дневник, увлечение детства, он забросил почти сразу, как только вступил во взрослую жизнь. Многое он мог бы рассказать о себе. И подчас желал говорить, но не было рядом человека, который готов был бы его слушать и понимать.