Андрэ Деверо проследил взглядом за гордой фигурой паренька, покинувшего бар, и обратился к Райли О'Ши.

– Храбрый у вас парнишка, О'Ши. Вы уверены, что на сегодня с вас еще не достаточно карт?

Ирландец попытался восстановить ту доверительную атмосферу, которая была мгновенно нарушена маленькой сценой, устроенной Дайаной.

– Ну, вы же понимаете, Деверо, мужчина не может позволить юноше указывать, что ему делать, тем более, если речь идет об удовольствии.

В притворном сожалении он поднял глаза к потолку и потер руки.

– Эх, если бы вернуть те карты, которые у меня были! Скажу вам, джентльмены, банку в этой игре пришлось бы перебраться ко мне в карман. А иначе в этом мире просто нет справедливости!

Андрэ улыбнулся, отлично понимая, к кому в карман должен был бы перебраться банк последней игры. Но ему нравился Райли О'Ши, и потом, было что-то в его мальчишке привлекательное, и это не давало покоя Андрэ.

– Ну, что же, не перейти ли нам в таком случае за новый стол, господа?

Когда раздавали карты, Андрэ, как бы между прочим, сказал:

– Вы ведь прибережете все-таки немного денег для вашего сына, не так ли, О'Ши?

Заметив, что ирландец собирается что-то возразить, он мягко добавил:

– Я, конечно же, не хочу, чтобы это прозвучало так, как будто я сомневаюсь в вашей способности обеспечивать вашу семью. Но я заметил, что ваш сын, хотя и без сомнения красивый молодой человек, кажется, не унаследовал крепкого телосложения своего отца.

– Ну, знаете ли, – заикаясь, ответил Райли, – он… пошел в свою мать, Господи, упокой ее душу.

Он подумал о том, как, должно быть, сердится на него его дочь, и мгновенно почувствовал угрызения совести. Но потом отец вспомнил, как ей хотелось иметь такую красивую одежду. И вот, посмотрите, он уже так близок к тому, чтобы у них был дом – полная чаша, если только следующие две карты упадут правильно…