
— О, Кэт, какое чудесное место!
— Только очень далеко от Палм-Спрингз, — заметила Кэтлин, вынимая из машины вещи сестры.
— Неважно, дорогая, я чувствую, что это настоящий дом! — Творческая фантазия Грейс уже разыгралась вовсю.
— Мне хотелось сделать что-нибудь приятное для Кевина, чтобы он обрадовался, когда.., когда приедет сюда.
— Ему здесь понравится, — уверенно сказала Грейс. — Вот эта дорожка прямо предназначена для скейта. А посмотри на деревья! — Поперек дороги лежало дерево, пораженное молнией, и Грейс обошла его. — Кэт, глядя на все это, я невольно думаю, какого черта торчу на Манхэттене.
— Чтобы стать богатой и знаменитой, — ответила Кэтлин не без горечи, передавая сумки сестре.
Грейс пожала плечами, решив не обращать внимания на ее колкости.
— Я бы тоже не отказалась завести парочку кустов азалий. — Грейс взяла Кэтлин под руку. — Ну, покажи же мне все остальное!
Интерьер дома не представлял собой ничего интересного — добротная, тщательно подобранная мебель без единой пылинки была под стать вкусам хозяйки. Однако Грейс понравились комнаты, приветливо распахнувшие свои двери. В одной из них Кэтлин устроила себе нечто вроде офиса. Письменный стол блестел новизной, как и все прочее. «Неудивительно, — подумала Грейс. — Ведь она не взяла с собой ничего — даже сына». Ее удивило другое: то, что сестра может позволить себе роскошь пользоваться двумя телефонами, один из которых стоял на столе, а другой — поблизости на стуле.
Но Грейс промолчала — значит, для Кэтлин был в этом свой резон.
Почувствовав запах соуса для спагетти, Грейс немедленно отправилась на кухню. Если бы кто-то попросил ее перечислить свои пристрастия, гурманство заняло бы первое место.
Кухня была безупречно чистой, как и все прочее в доме. Грейс могла бы поручиться, что даже в тостере не застряла ни одна крошка. Остатки пищи, аккуратно сложенные в баночки с этикетками, стояли в холодильнике. Бокалы в серванте были расставлены по ранжиру. Да, так организовать свой быт могла только Кэтлин, и в свои тридцать лет она ничуть не изменилась!
