— Рената, конечно, актриса театральная, — с нескрываемым энтузиазмом продолжал Джайлс. — В картине она сыграет прекрасно, но вся школа ее — школа сценическая: безукоризненная четкость дикции, аффектированность жеста. Перед камерой это не всегда бывает на пользу дела.

— Ну а Эйлис? Что ты думаешь о ней как об актрисе?

— Абсолютная органичность и естественность перед камерой. Ведь камера, наезжая, чуть ли не в лицо тебе лезет. В кино зритель видит такие нюансы, каких не увидишь даже в первом ряду партера.

С этим Марк согласился. Талантливая игра Эйлис потрясла его — такого он никак не ожидал. Теперь, когда Джайлс поведал ему подробности ее развода, он начал подозревать, что, возможно, это была и не совсем игра.

— Я знаю, как беспокоит тебя то, что мы вышли за рамки расходной сметы, — заметил Джайлс, — ведь тебе это в убыток.

Марк кивнул. «Беспокоит» — это мягко сказано.

— Я знал, что картина, целиком снимаемая на натуре, да еще и здесь, обойдется не дешево, но... — Марк намеренно не закончил фразы, желая услышать, что на это скажет Джайлс. До сих пор он получал информацию лишь от Найджела, да к тому же информацию, отобранную и просеянную сквозь сито Стивена. А Стивену он не доверял. Не доверял никогда и впредь не собирается. Если бы Марк знал, что Стивен будет значиться в титрах в качестве продюсера, он бы не дал Найджелу ни фунта.

— Знаешь, в первые дни съемок часто возникают всякого рода осложнения. Съемочная группа и исполнители — англичане, как ты и просил, но многим из них не приходилось работать вместе. — Джайлс отхлебнул виски. — Зато сейчас они работают отлично. И со сценарием Найджелу несказанно повезло. Ведь весь Голливуд наперегонки охотился за Эйлис Маккензи, а права на роман купил не кто-нибудь, а британец!

Марк коротко хмыкнул. Он-то знал, в чем тут дело. Найджел везде использовал одну и ту же тактику. Чистосердечие и искренность в делах, видно, действуют безотказно. Надо будет это запомнить.