Глядя вслед приятельнице, Линда подумала, что мужчинам в фургоне будет нелегко сосредоточиться на деловых вопросах, когда к ним впорхнет эта полуобнаженная блондинка.

Эйлис легонько постучала в дверь, но громкие голоса мужчин, спорящих в фургоне, заглушали все посторонние звуки. Она постучала погромче, и дверь распахнулась. На Эйлис повеяло холодом от кондиционера. При виде вошедшей мужчины оторопели. Эйлис несколько смутилась: и угораздило же ее так одеться! Она чувствовала, что краснеет, краснеет, как девчонка. Вот позорище! Она поискала взглядом режиссера Джайлса Эктона, единственного, кого она здесь знала.

Джайлс криво улыбнулся и нетерпеливым жестом взъерошил густую шапку седеющих курчавых волос.

— Познакомьтесь, Стивен Хантер, — сказал Джайлс, представляя Эйлис мужчину лет под сорок с чертами, лепить которые скульптор может только мечтать, голубоглазого, с пепельными волосами и безукоризненным пробором.

«Сногсшибательно красив», — подумала Эйлис, пожимая его руку.

Голубые глаза откровенно оценивающе оглядели то, что еле прикрывала тонкая кофточка.

— Привет, детка. Как это я не познакомился с вами раньше? Для продюсера это непростительно. Ваша книга — это прелесть, детка, и картина на ее основе, несомненно, завоюет все призы.

Стивен продемонстрировал оскал, посрамивший знаменитую улыбку чеширского кота, и Эйлис подумала, что судьба недаром сделала продюсером этого щеголя в безукоризненно элегантном костюме от Армани. По его выговору и назойливому обращению «детка» она признала в нем англичанина.

— Привет, — кивнула Эйлис, одергивая кофточку.

— А это Марк Кимброу. Он финансирует фильм.

Марк стоял, подпирая дальнюю стенку. Глаза их встретились. Хмурый взгляд, резкие черты лица говорили о натуре упрямой и бескомпромиссной. Буйная черная шевелюра выглядела эффектной. Высок, статен — но не красавец. Эйлис ограничилась вежливой улыбкой.