– Как знаешь, Кортни. Кстати, что ты намерена делать дальше?

– Извини, Бобби, но я не хочу пока разглашать свои планы.

– Ты мне не доверяешь?! – побелев от злости, осведомился Бобби.

– Я больше никому не доверяю, – спокойно ответила Кортни, а про себя добавила: «Кроме Майкла Кервуда. Потому что его глаза не могут лгать».

Первая, кого встретила Кортни, придя в студию, оказалась Мэг Бачински. Напрасно Кортни надеялась на ее совесть. Мэг и не думала покидать сцену. Она была уверена, что нанесла «Пэттерн дизайн» и ее хозяйке смертельный удар, а потому ожидала быстрого конца трагифарса, которым, по ее мнению, являлась карьера Кортни Милз.

– Ты еще здесь? – презрительно спросила Кортни, – обнаружив свою ассистентку на рабочем месте. Вот только Мэг была занята вовсе не работой. Она с беззаботным видом красила ногти.

– А куда спешить? – Мэг с невозмутимым видом побарабанила пальцами по картине Эшера, на которой были изображены две рисующие друг друга руки. – Кстати, не возражаешь, что я взяла пару работ у вышивальщиц? Вряд ли они кому-нибудь теперь нужны.

– Сейчас же выметайся отсюда! – взревела с не свойственной ей яростью Кортни. – Немедленно!

– С удовольствием. – Мэг поднялась из-за стола и помахала руками, чтобы быстрее высушить лак на ногтях. – А то с твоим приездом здесь стало попахивать падалью.

Мэг, покачиваясь на высоких каблуках, направилась к двери, а вслед ей полетел флакончик с лаком, пущенный Кортни.

Через час Кортни Милз собрала сверхсекретное совещание.

– Для начала мне придется взять с вас слово, что все, что вы услышите здесь сегодня, останется тайной, – предупредила Кортни.

Она была похожа на генерала, объявившего своим солдатам начало атаки неприятельского укрепления. Девушки дружно кивнули. Они с сочувствием смотрели на свою работодательницу, догадываясь, насколько тяжело ей сейчас продолжать борьбу.