«Ну что ж, – рассуждала Кэри, просматривая журнал, – по крайней мере, я вовремя осознаю свои ошибки. И все же, как было бы приятно встретить настоящего мужчину, и желательно, чтобы он сразу влюбился бы в меня. Странно, почему этого до сих пор не произошло». Самолет начал выруливать к взлетной полосе. Кэри взглянула в сторону диспетчерской вышки, и очень хорошо представила себе Стэна, руководителя полетов. Вот он сидит в своем кресле, надев зеленую бейсболку, как всегда, задом наперед, и ловко управляет самолетами на земле, словно шахматными фигурами. Стэн никогда не мечтал стать летчиком, потому что, как он утверждал, его раздражала летная форма с обязательными накрахмаленными рубашками.

Самолет очутился на взлетной полосе, и Кэри знала, что сейчас Стэн передаст наблюдение за ним диспетчеру Дженнифер О'Кэррол, чтобы она проконтролировала взлет. Летчики считали, что у Дженнифер самый сексуальный голос среди всех диспетчеров. Вообще-то голос у нее был довольно приятный, но микрофон добавлял ему еще и немного хрипотцы, что почему-то особенно нравилось мужчинам.

– Как здорово, что они никогда так и не увидят меня, – говорила Дженнифер всякий раз, когда ее начинали поддразнивать. В жизни она была низенькой толстушкой с короткими рыжими волосами и веснушчатым лицом.

Кэри закрыла глаза и зевнула. Самолет начал набирать высоту. Когда она достигнет 800 футов, диспетчерская вышка потеряет к самолету всякий интерес, и за его полетом начнет следить диспетчерский центр, где и работала Кэри, и в свои тридцать три уже вполне заслуженно считалась ветераном.

Неожиданно резкая боль в животе заставила ее поморщиться и открыть глаза. Пока она шаталась по аэропорту этим утром, она успела изрядно подкрепиться. Завтрак пришелся ей по вкусу, но, видимо, сосиски, ветчина и яичница плохо подействовали на ее пищеварение.